История семьи
История о твоих корнях и предках.
- Откуда наша семья, история нашего рода
- Семейные традиции, передающиеся из поколения в поколение
- Черты характера, унаследованные через поколения
- Кем были твои бабушки и дедушки, чем занимались
- Интересные истории из жизни предков
Откуда наша семья, история нашего рода
История рода Солошенко — это переплетение судьбы, труда и памяти. Эти
страницы я собирал по крупицам: из рассказов прабабушки, архивных записей, метрических книг и
старых документов. Пусть эта история останется с тобой — как часть тебя самой.
I. Драбов — место, где всё началось
Гогод Драбов Золотоношского уезда Полтавской губернии — именно здесь скрывается
один из самых глубоких корней нашего родового древа. Сюда, на льнотрепальную фабрику княгини
Барятинской, приехал работать Яков Семёнович Солошенко — мой прапрадед — вместе
с семьёй.
По рассказам прабабушки Екатерины Алексеевны, Яков работал столяром в имении князя Барятинского.
Но помимо основной работы он занимался необычным для тех времён делом: «разводил канареек,
которых продавал по 5 рублей за штуку на базаре в Золотоноше». Пять рублей тогда — это
были немалые деньги.
Работай, работай, работай — нет результатов, но ты становишься лучше.
Продолжай работать — и придёт успех!
II. Семья Якова и Оксаны
Жену Якова звали Оксана (позже упоминается как Анастасия Петровна). В браке они
вырастили около десяти детей, из которых известны: Мотрона, Евдокия, Ольга, Дарья, Семён,
Пётр, Александр, Василий и Андрей. Некоторые дети умерли в младенчестве — например,
Григорий, о смерти которого есть запись в метрической книге за 1886 год.
По словам внучки Якова — Екатерины Денисовой, которой рассказывала её мама Мотрона: «Вся
семья работала в экономии Барятинских — перья драли и делали подушки».
Позже семья переехала в Золотоношу, где Яков доживал свой век. После смерти Оксаны (которую он
нежно называл «Наця», а она его — «Яся») дочь Дарья забрала отца в Лубны. Там он и похоронен — к
1937 году его уже не было среди живых.
III. Тайна дворянства
Долгие годы я верил семейным преданиям о скромном крестьянском происхождении Солошенко. Но
архивные находки перевернули эту картину.
В 2018 году я наткнулся на неожиданное открытие: фамилия «Солошенко Яков Семёнович —
дворянин» значится среди членов Полтавского православного миссионерского общества за
1890 год.
Государственный архив Полтавской области подтвердил это документально:
- 1886 год — запись в метрической книге Архистратиго-Михайловской церкви
Драбова о смерти младенца Григория, сына «дворянина Якова Солошенко». Эта же запись
указывает, что Яков происходил из села Помоклей Переяславского уезда — следовательно, он
приехал в Драбов уже сформировавшимся человеком.
- 1902 год — запись о венчании «дочери дворянина Дарьи Яковлевны
Солошенко». Свидетелем на свадьбе был заведующий Драбовской фабрики — что подтверждает
связь семьи с производством.
- 1913 год — среди домовладельцев Золотоноши указан: «Солошенко Пётр
Яковлевич, станция Богодуховка».
Почему же прабабушка упоминала о крепостных? Вероятно, версия о низком происхождении была создана
уже в советские времена, когда дворянские корни могли стоить жизни. Возможно, именно так семья
защитила себя от репрессий.
IV. Дом на Малопетровской
В Золотоноше Солошенко поселились на улице Малопетровской (позже переименованной в Пушкина), дом
3. Это был собственный дом: четыре комнаты, кухня и роскошный фруктовый сад. Неподалёку —
железнодорожная станция.
Бабушка Рая вспоминала: «Обстановка в доме была шикарной, как для тех времён. Над моей
кроватью висели часы с боем из красного дерева. Посреди гостиной стоял огромный овальный стол с
вязаной скатертью, а над ним — шёлковый абажур».
Дед Яков на старости занимался садоводством — выращивал фрукты и овощи на продажу. Иногда
мастерил музыкальные инструменты на массивном верстаке, который стоял на кухне. Пользоваться им
умел только он.
Его жена Анастасия Петровна была знахаркой — снимала сглаз, лечила травами. В их
спальне хранилось множество колбочек с настоями и сушёных трав. Ключ от чердака она держала под
подушкой — там, в сундуках, хранились сокровища, привезённые ещё из Драбова: ткани, кружева
ручной работы, тюль. После её смерти около 1930 года дети разобрали всё по себе.
Семья жила зажиточно. Мама пекла пирожки только из белой муки. Отец приносил домой сардины,
шпроты, а дочкам тайком клал под подушки конфеты «Трюфель». В семье был собственный извозный
промысел.
Всё что мы после себя оставим в этой жизни — это ребенок или свой
бренд. Всё остальное не имеет никакого смысла и ценности.
V. Судьбы детей Якова
Василий Яковлевич Солошенко (ок. 1888–1889 — пропал во
время войны)
Именно от него идёт наша прямая линия рода. Работал на водочном заводе, потом стал директором
железнодорожных магазинов. Участвовал в Первой мировой. Женился на Бердник Марфе
Андреевне, которая умерла от рака в 42 года, оставив четырёх дочерей: Веру, Раису,
Наталью (твоя прабабушка!) и Зинаиду. После смерти Марфы Василий женился во
второй раз, но мачеха относилась к падчерицам плохо. Когда началась Вторая мировая, Василий ушёл
на фронт и не вернулся. Наталью и Зину забрали в детдом. Раиса осталась с сестрой Верой, копала
огороды соседям за тарелку супа, чтобы прокормить племянников.
Андрей Яковлевич (14 ноября 1891 — расстрелян 26 мая
1938)
Герой Первой мировой, награждённый Георгиевским крестом. Жил в Лубнах, работал на
деревообрабатывающей фабрике. Арестован 7 апреля 1938 года по сфабрикованному обвинению в
участии в «контрреволюционной националистической повстанческой организации». Расстрелян через 49
дней. Реабилитирован посмертно в 1958 году. Оставил жену Веру и дочерей Раису и Ирину.
Пётр Яковлевич
Работал в типографии. Женился на Наталье Васильевне, дочери священника. Дети: Николай (1909) и
Люба (1919). Был крёстным отцом бабушки Раи. Умер от отёка лёгких.
Александр Яковлевич
Жил в Лубнах. Жена — Полина, тоже дочь священника. Детей не имели.
Дарья Яковлевна Ковальская
Вышла замуж за Свиридона Тимофеевича Ковальского. Дети: Мелания, Григорий и Людмила. По некоторым
свидетельствам, была расстреляна нацистами во время оккупации.
VI. Архивные документы: дело Андрея Солошенко
Среди самых болезненных находок — материалы дела Андрея Яковлевича. Эти документы свидетельствуют
о жестокости репрессивной машины, которая уничтожала невинных людей.
Протокол обыска
6 апреля 1938 года
«Я, инспектор Лубенской милиции НКВД УССР Михиш, на основании ордера № 21, провёл обыск у
гражданина Солошенко Андрея Яковлевича, жителя г. Лубны, ул. 2-й Солдатский переулок, дом
11. Изъято: паспорт»
Из анкеты арестованного:
- Родился: 14 ноября 1891 г., с. Помокли Переяславского района
- Образование: 4 класса городского училища
- Профессия: заведующий складом готовых изделий на деревообрабатывающей фабрике
- До революции: служащий в уездном съезде Земских Начальников
- 1918–1920: начальник участка охраны при Гетманате и Директории
- Семья: жена Мария Яковлевна (36 лет), дочери Раиса (16) и Ирина (14)
Андрея обвинили в участии в «контрреволюционной националистической повстанческой организации».
Протокол допроса содержит типичные для того времени «признания», выбитые под давлением. Через 49
дней после ареста — 26 мая 1938 года — приговор был приведён в исполнение.
Лишь через двадцать лет, в 1958 году, Андрей Солошенко был реабилитирован посмертно. Но для его
жены и дочерей эти годы стали временем страха, молчания и утраченной памяти об отце.
Эта история — о том, как одна семья прошла через эпохи: от дворянского
Драбова до советских репрессий, от зажиточного дома с абажуром над столом до детских домов и
тарелки супа за работу в чужом огороде. Но несмотря ни на что — семья выжила.
Семейные традиции
О семейных традициях, передающихся из поколения в поколение, мне сложно что-то вспомнить. В нашем
доме не было устойчивых ритуалов или привычек, которые осознанно повторялись год за годом.
Скорее была жизнь — такая, какая складывалась, без форм и правил.
Поэтому те традиции, которые появились в нашей семье, я пытался создать сам:
- Выходные — это время семьи. Мы откладываем дела, чтобы провести эти дни вместе
- Совместные завтраки и ужины. Каждый вечер мы собираемся за одним столом, чтобы обсудить день
и почувствовать общность
- Празднование дней рождения. Мы всегда дарим друг другу подарки, создавая атмосферу личного
праздника для каждого.
- Уважения друг к другу. Мы приняли правило: не выяснять отношения в присутствии детей,
сохраняя для них чувство безопасности.
- Культура Речи. Не используем слова паразиты, жаргонные слова, суржик.
- Культура чтения. Я стремлюсь привить детям любовь к книгам, открывая перед ними новые
миры.
- Практика планирования завтрашнего дня утром и проведения ретроспективы вечером.
- Любовь к путешествиям с самого детства, чтобы мир для детей был открытым и интересным.
- Ценность труда. Через личный пример и общие дела мы воспитываем в детях трудолюбие и
ответственность.
На свете мало вещей важнее, чем стать частью детства твоих детей.
Дети учатся не по словам, а по поступкам родителей — быть примером
важнее, чем давать советы.
Время дороже денег — качественное общение важнее материальных
благ.
Черты характера, унаследованные через поколения
В нашем роду всегда ценилось практическое мастерство. Умение не только думать, но и создавать
что-то своими руками — от столярного дела до домашнего уюта.
Фундаментальное трудолюбие. Убеждение, что любое благополучие строится на ежедневном
добросовестном труде.
Дисциплина — это не наказание, а инструмент достижения целей.
Систематичность побеждает хаос.
Способность находить выход из сложных ситуаций и видеть возможности там, где другие их не
замечают.
Невероятная внутренняя сила и воля к жизни. Способность адаптироваться к любым историческим
переменам, не теряя при этом человеческого достоинства и заботы о детях.
Сила воли — это способность делать то, что должен, даже когда не
хочешь. Это фундамент достижений.
Исследуя свою родословную, я понял, что унаследовал от Солошенко удивительное сочетание
дворянского достоинства и крестьянского трудолюбия. Наша главная черта — это несгибаемость:
умение жить, творить и строить дом даже тогда, когда старый мир рушится.
Страх — сигнал, а не преграда. Идти навстречу сложностям, а не убегать
от них.
Папа — Дикий Роман Александрович
07 января 1989, г. Золотоноша
Детство и дом
Родился я в простой семье, и быт у нас был таким же простым. Мы жили все вместе в старом доме на
несколько комнат: я, брат, мама, папа и бабушка. Своя комната, которую не нужно было делить с
братом, появилась у меня лишь в старших классах — и то не сразу.
У нас не было своей машины или мотоцикла. В доме никогда не было тёплого туалета. Не было и
горячей воды для мытья посуды. Газовые трубы для отопления существовали, но отапливались мы
котлом на дровах. В холодное время года ванну принимали только по выходным. Не было также
кондиционера летом.
При этом в еде недостатка не было. Я всегда был сыт. Мясо, фрукты и овощи, молочные продукты —
всё это у нас было в достатке. Мы жили в частном доме, и у нас было два больших огорода, которые
каждый год засаживались картошкой и овощами.
Яркие воспоминания
Из детства осталось много тёплых историй:
- Помню, как мама принесла домой целый пакет мороженого, который уже начал таять, — и нам
нужно было срочно всё съесть.
- Как мы ездили за город на уборку урожая. Я любил помогать родителям и с радостью выполнял
все задания. Больше всего любил собирать тыкву.
- Покупка компьютера. В основном он использовался для игр, просмотра фильмов и музыки. В то
время компьютер был редкостью, и благодаря ему я стал популярен в классе — друзья часто
приходили ко мне домой поиграть.
- Покупка скутера брату на день рождения. Это было здорово — кататься по городу и за его
пределами.
- Празднования дней рождения брата. Почему-то именно его праздники запомнились мне лучше
всего. На них всегда были самые вкусные торты.
- Походы на колядки к соседям 7 и 14 января.
- Покупка удочки и первые рыбалки с папом. Со временем я сам начал ездить на ее.
- Папа пообещал мне поездку, если я поступлю в университет. Я был очень воодушевлён этой
идеей. Но когда я сдал экзамены, поездка так и не состоялась. Это научило меня никогда не
давать обещаний, которые не могу выполнить, — особенно своим детям.
Слова должны соответствовать делам — это основа доверия и
уважения.
Чего не хватало
Из-за ограниченных финансов родители не отдавали меня на дополнительные занятия. Поэтому я так и
не научился кататься на роликах, коньках и лыжах. Не овладел профессионально ни одним видом
спорта. Не умею играть ни на одном музыкальном инструменте, танцевать или петь. А из-за
отсутствия машины в семье я так и не научился водить — и до сих пор не имею прав.
Ещё одно, чего мне не хватало, — это совместного отдыха. Мы никогда не выезжали с родителями на
природу, на море, на пикники. Не ходили за грибами или ягодами, не ездили на речку, не
устраивали походов. До сих пор не понимаю, почему так сложилось. Ведь это, как мне кажется,
прекрасное времяпровождение для семьи — куда лучше, чем сидеть дома перед телевизором.
Не хватало и родительского контроля в юношеские годы. Дискотеки, сомнительные компании — всё это
происходило без присмотра. Смотря сейчас с высоты прожитых лет, понимаю: в этом не было ни
смысла, ни пользы для моего развития. Пустая трата времени, которое можно было потратить на
что-то стоящее.
Несмотря на то что в еде был достаток, хотелось бы, чтобы больше было качественной. Жареная
картошка, колбаса, сосиски, пакетированные соки, сомнительные магазинные торты, печенье и
сладости с рынка без информации о количестве Е-добавок — всё это было к сожалению также. Сейчас
я понимаю, насколько важно питаться осознанно и знать, что ты ешь.
Обо всём этом, конечно, жалею. Но это стало для меня важным уроком: я хочу дать тебе возможность
попробовать разное — спорт, музыку, творчество. Проводить время вместе — на природе, в
путешествиях, в приключениях. И быть рядом, когда это особенно нужно.
Деньги и ошибки
Из-за отсутствия финансовой грамотности у родителей почти невозможно было собрать хоть какую-то
сумму на крупную покупку. Всё моё детство прошло в кредитах.
Когда я стал старше и начал делиться с родителями своими мыслями и советами о деньгах, они, как
правило, пропускали их мимо ушей и продолжали жить в долгах. Я уверен: можно было жить иначе и
лучше.
Со временем для меня стали очевидны критические финансовые ошибки, принятые в нашей семье:
- Непродуманная стройка дома, который по сей день так и стоит недостроенным.
- Обучение брата двум профессиям, которые ему не нравились и которыми он никогда не
воспользовался.
- Строительство второго дома — «для летнего проживания», — который тоже остался недостроем.
- Частые траты на ненужные вещи, которые так и не были использованы.
- Бесконечные ремонты вместо того, чтобы продать участки и купить более подходящий дом или
квартиру.
Финансовая грамотность — это не про жадность, а про свободу выбора и
безопасность семьи.
Ощущение счастья
При всём этом детство моё было счастливым. Для счастья было достаточно мяча и палки, которая
легко превращалась в меч.
Пока ты маленький, ты не задумываешься о финансовом благополучии семьи. Всё меняется, когда
становишься старше, чаще бываешь в гостях у друзей и начинаешь замечать, что живут они иначе. Но
это не делает детство менее ценным — оно было моим, и я благодарен за него.
Школа и выбор пути
В школу я ходил пешком — она находилась совсем рядом с домом. Учился по многим предметам хорошо,
по некоторым — средне. Хорошо помню столовую и запах тёплых булочек, которые я мог покупать себе
на карманные деньги.
Класс у нас был дружный. Мне казалось, что у меня много друзей, но после девятого класса многие
ушли, у многих поменялись интересы. Я же хотел поскорее поступить в университет.
Будущую профессию я выбрал благодаря нашему соседу — Саше Зануде. За это я до сих пор ему
благодарен. В девятом классе ты ещё плохо представляешь, как устроен мир и какую пользу можешь
ему принести. Он предложил попробовать программирование — я согласился, почти не понимая, что
это такое.
Родители были не очень рады моему выбору: в то время все говорили, что не хватает экономистов, и
большинство стремилось поступать именно туда. Особенно сомневался папа. Но я его понимаю — он
хотел для меня лучшего, просто видел это по-своему.
После девятого класса я не поступил — не хватило нескольких баллов. Было обидно. Но я не сдался.
После одиннадцатого класса я поступил в Черкасский национальный университет на специальность
«Программное обеспечение и компьютерная биомедицина».
Настоящий успех — это как беременность: все поздравляют, но никто не
знает, сколько раз пришлось попытаться, прежде чем это произошло.
Университетские годы
Первые три года я жил в общежитии, в комнате на четверых. Уже в первый день у меня появился друг
— Брык Виктор, с которым мы дружим до сих пор. А на второй день выяснилось, что нас поселили
вместе в одной комнате. Так всё и началось.
Первые два года обучения были больше про общее высшее образование, чем про IT. Профильных знаний
было немного. У нас был один старенький компьютер, который притащил для учёбы один из соседей по
комнате — Лопаткин Вова. Позже родители купили Вите современный и более мощный компьютер. Ребята
в основном играли на нём в игры, а я забрал себе компьютер Вовы — для выполнения университетских
лабораторных работ и написания своих первых программ.
На третьем курсе я начал работать в университете — на кафедре журналистики. Я отвечал за
оборудование, у меня был собственный кабинет и доступ к десяти студенческим компьютерам. Этим я
был по-настоящему горд и искренне рад. Кроме того, эта работа начала приносить первые деньги, и
я принял решение снимать комнату в Черкассах самостоятельно.
Всё это время я много практиковался в программировании: писал разные программы для себя, а также
подрабатывал, выполняя лабораторные работы для одногруппников.
На четвёртом курсе мне удалось реализовать интересное задание для дипломного проекта —
распознавание лиц на камеру в реальном времени, на фото или видео. Именно этот проект стал
первой строчкой в моём резюме. К слову, с куратором моего дипломного проекта Голубом Сергеем мы
продолжаем общаться в социальных сетях и по сей день.
После четвёртого курса я понял, что уже могу делать что-то самостоятельно, и решил пройти своё
первое интервью — в Киеве. Интервью я прошёл успешно, и меня пригласили на второй этап — личную
встречу.
Её я провалил: не смог написать тестовое задание прямо на месте. Это сильно меня задело.
Вернувшись в Черкассы, я в ту же ночь, до четырёх утра, написал демо-приложение по тому же
заданию. Утром ещё раз всё проверил и отправил им результат.
В 13:00 мне позвонили и сказали, что я принят, и спросили, когда я смогу выйти на работу. В тот
момент я был безгранично горд собой — и по-настоящему счастлив. Это была моя первая настоящая
работа, если не считать лабораторскую практику в университете
Переезд в Киев
Оставался открытым вопрос с учёбой. Я договорился с деканом о переходе на заочное отделение
и ещё целый год жил на два города — работал в Киеве, а на сессии возвращался в университет.
Это было непросто, но я чувствовал, что иду правильным путём.
Киев стал моим домом на целое десятилетие. Этот город покорил меня сразу — его масштаб,
его ритм, его возможности. Я всегда мечтал жить в большом городе, где каждый день что-то
происходит, где можно раствориться в толпе и одновременно найти себя. К родителям я
выбирался раз-два в месяц — ровно столько, чтобы не забывать, откуда я пришёл.
Киев открыл мне двери в мир. Аэропорт Борисполь, железнодорожный вокзал — всё было рядом.
Я начал путешествовать: сначала по Украине, потом за её пределы. Мир становился всё
больше, а границы — всё условнее. Так пролетело десять лет, пока однажды я не проснулся
с ощущением, что пора что-то менять. Мы переехали в Одессу — город у моря, город-мечта
для многих. Там мы прожили год.
Латвия и свобода удалённой работы
А потом пришёл оффер из Латвии. Мы собрали чемоданы, не подозревая, что эта «временная
остановка» растянется на три с половиной года. Знаешь, есть такой момент — где-то через
полгода жизни в новой стране — когда первый восторг угасает, и ты начинаешь видеть всё
трезвее. И тогда понимаешь: это ещё не конец пути, а лишь очередная станция.
Всё изменил COVID-19. Мир замер, офисы опустели, и мы все оказались заперты дома со своими
ноутбуками. Именно тогда я осознал простую истину: для моей работы не нужно ничего, кроме
компьютера и интернета. А ведь раньше я был уверен, что без двух-трёх мониторов
программист — не программист.
Я начал готовиться к новой жизни осознанно. Попросил у компании ноутбук и стал брать его
в офис, намеренно отказавшись от дополнительных экранов. Поначалу было непривычно, даже
неудобно. Но через пару месяцев я понял: я свободен. Свободен работать откуда угодно —
из кафе в Риге, с пляжа на Бали, из горной деревушки в Непале.
Когда руководство согласилось на постоянную удалённую работу, мы с мамой переглянулись
и поняли — пора. Так началось наше большое путешествие по Азии.
Выбор страны для жизни
Три года мы кочевали по миру. Три года просыпались в разных часовых поясах, учили новые
слова на незнакомых языках, пробовали еду, названия которой не могли выговорить. Но потом
пришло время думать о твоей школе. И мы поняли: нужно где-то остановиться. На двенадцать
лет. Двенадцать лет в одном месте — для путешественника это звучит почти как приговор.
Но, знаешь, у школьников много каникул. Так что паспорта мы далеко не убираем.
Выбор страны дался нам нелегко. Мы взвешивали, сомневались, меняли решение, снова
возвращались к началу. Наверное, целый год ушёл на эти размышления. Правильно ли мы
поступили? Этот вопрос до сих пор иногда всплывает в голове. Ведь от нашего выбора
зависит твоё будущее — твои друзья, твой язык, твоё мировоззрение.
Нужно было, чтобы сошлось множество звёзд:
- разумные налоги — чтобы честный труд не съедало государство
- тёплый климат — мы слишком полюбили солнце, чтобы вернуться к серым зимам
- понятный язык — или хотя бы возможность его выучить
- адекватные цены — чтобы жить, а не выживать
- Европа или Америка — два полюса, между которыми мы метались
- близкий менталитет — чтобы чувствовать себя среди своих
- качественная медицина — здоровье не купишь, но можно выбрать, где его беречь
- хорошее образование — твой билет в будущее
- безопасность — чтобы отпускать тебя гулять и не считать минуты
Отдельно хочу рассказать тебе об американской мечте. С 2017 года мы каждый год участвуем
в лотерее Green Card. Каждую осень заполняем анкеты и отправляем — с верой, что однажды
нам повезёт. Америка тогда казалась вершиной мира: страна с сильнейшей экономикой,
передовыми технологиями, безграничными возможностями для бизнеса и роста. Место, где
талант и трудолюбие вознаграждаются, где можно начать с нуля и построить что-то
по-настоящему большое.
Но мы не просто полагались на удачу. Параллельно я периодически изучал миграционное
законодательство США — читал о визах, требованиях, процедурах. Искал вакансии в
американских компаниях, проходил интервью, надеясь получить рабочую визу и релокейт.
Это был запасной путь — более сложный, но не зависящий от случайности лотереи.
Когда в 2022 году началась война в Украине, мы стали изучать и другие программы —
гуманитарные, для беженцев, специальные визы. Мир изменился, и нужно было использовать
все возможные двери. Не все попытки увенчались успехом, но каждая из них — это опыт,
это знания, это ещё один шаг к цели.
Мы верили — и продолжаем верить — что однажды выиграем. И тогда попробуем построить новую
жизнь в США. Может быть, к тому моменту, когда ты будешь читать эти строки, мы уже будем
там. А может, судьба распорядится иначе. Но сама эта мечта — она важна. Она учит не
бояться мыслить масштабно и верить в невозможное.
Вот так я дошёл в своём рассказе до сегодняшнего дня. История ещё пишется, и ты — её
главная героиня. Продолжение следует...
Жизнь — это не пункт назначения, а само путешествие. Не бойся перемен —
они и есть жизнь.
Мама — Сотникова Анжела Николаевна
06 сентября 1986, г. Козятин
Дядя — Дикий Игорь Александрович
17 июня 1994, г. Золотоноша
Твой дядя, а мой младший брат Игорь, родился в том же городе, что и я — в Золотоноше.
Между нами семь лет разницы. В детстве мы часто ссорились и дрались, как все
братья. Но я всегда его любил, поддерживал и хотел для него только лучшего.
До его тридцатилетия я всячески давал ему советы — о жизни, о выборе пути, о том,
как строить будущее. К сожалению, только около десяти процентов из этого было
воплощено в жизнь. Но я не виню его. У каждого свой путь и своя скорость.
Всю свою жизнь Игорь прожил в том же доме с родителями. И это, на мой взгляд,
стало его самой большой ошибкой — не сепарироваться вовремя. Жить отдельно —
это не просто вопрос комфорта. Это вопрос взросления, ответственности, понимания
себя как отдельной личности.
Были и другие сложности. У Игоря лёгкая форма аутизма, которая мешала ему
строить отношения с людьми и с самим собой. Вторая его ошибка — вовремя не
обратиться к психологу. Помощь специалиста могла бы многое изменить. Но,
к сожалению, в нашей семье не было культуры обращения за психологической
помощью — это воспринималось как слабость, а не как мудрость.
Сейчас мы поддерживаем отношения по телефону и в переписке, иногда созваниваемся
по видео. Я всё ещё могу дать совет, если он спросит, но делаю это реже.
Считаю, что в тридцать лет человек уже полностью сформирован и должен сам
отвечать за свою жизнь. Моя роль — быть рядом, когда нужно, а не вести за руку.
Сепарация от родителей — это не предательство, а
необходимый шаг к взрослению. Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее
станешь собой.
Дедушка — Дикий Александр Николаевич
14 февраля 1964, с. Зорівка — г. Золотоноша
Твой дедушка, а мой папа, всю свою жизнь прожил с твоей бабушкой, моей мамой, в городе Золотоноша
— в доме на улице Пушкина, 11. Это был его дом, его точка опоры, место, куда он всегда
возвращался.
Родился он в селе Зорівка Золотоніського района. Там прошло его детство и юность. После школы он
сразу ушёл в армию, а вернувшись — без пауз и раздумий — пошёл работать.
Почти всю жизнь он был водителем. Сначала на предприятиях Золотоноши, а позже — и до самой пенсии
— водителем фуры на заводе «Златогор». Эта работа дала ему возможность ездить в командировки по
всей Украине и зарабатывать больше, чем обычная водительская работа.
Мне его профессия очень нравилась. Я гордился им. Особенно тем, что у него была огромная машина,
которая, когда он приезжал домой на обед, казалась такой большой, будто перекрывала всю
улицу.
Самые яркие мои воспоминания о нём связаны с дорогой. Несколько раз он забирал меня прямо с
уроков — и мы сразу уезжали в командировку. Это было невероятно. Наверное, именно тогда я
впервые по-настоящему полюбил путешествия. Я побывал в Киеве, Одессе, Полтаве, Харькове — и
каждый из этих городов навсегда остался связанным с образом отца за рулём.
Путешествия — это лучшая инвестиция в себя. Впечатления нужны, когда ты
молодой, чтобы мотивировать и вдохновлять в тяжёлые моменты на протяжении всей жизни.
Потом мы стали жить в разных странах. Общались в основном по видеосвязи. Я много раз просил его
приехать к нам, но он так и не смог. От этого до сих пор больно и грустно.
Он видел тебя всего один раз вживую — когда тебе было восемь месяцев, мы с твоей мамой прилетели
из Латвии в Украину, чтобы показать тебя бабушке с дедушкой. Ты можешь найти те фотографии и
видео в нашем семейном архиве на YouTube. Моё самое любимое видео, которое я пересматриваю снова
и снова, — это твоя прогулка
с дедушкой по фонтану. В нём так много жизни, тепла и того, что невозможно вернуть, но
можно помнить.
Семья — это фундамент. Карьера, деньги, достижения — всё это важно, но
без семьи теряет смысл.
Бабушка — Дикая Валентина Анатольевна
(Зайченко)
21 февраля 1961, г. Золотоноша
Твоя бабушка, а моя мама, родилась и прожила всю свою жизнь в городе Золотоноша — рядом со своей
мамой, твоей прабабушкой. Этот город стал для неё не просто местом на карте, а пространством
судьбы.
Школу она окончила отлично и поступила в университет. Но учёба продлилась всего несколько курсов.
По её словам, отец не позволил ей доучиться — из-за своей зависимости от алкоголя и постоянных
скандалов и побоев в доме. Так образование осталось незавершённым, а жизнь пошла по другому,
более тяжёлому пути.
Работала она много и по-разному. Около трети жизни — швеёй на швейной фабрике. Ещё треть — на
Золотоніському маслоробному комбінаті, на самых разных должностях разнорабочей. Дальше до самой
пенсии и даже после неё — она проработала на заводе «Наша Ряба», в цеху по разделке мяса. Это
была тяжёлая работа, требующая выносливости. Для меня это навсегда останется примером стойкости.
Просыпаться в четыре утра, ехать в другой город, чтобы уже к восьми быть на смене, а затем,
вернувшись домой, снова браться за домашние дела — без жалоб и пауз. Я часто думаю об этом и
понимаю: я бы так не смог. И, возможно, именно поэтому так сильно этим восхищаюсь.
Трудолюбие — постоянная работа над собой и своим делом. Не ждать
вдохновения, а создавать его через действие.
К сожалению, ты не знаешь её лично — и об этом я особенно жалею. Со временем она перестала
выходить на связь по видеозвонкам, и наше общение свелось лишь к фотографиям, которыми мы
обменивались.
Наши отношения сегодня
Сейчас мы живём в разных странах, и отношения с родителями — на расстоянии. Мы мало поддерживаем связь, если честно. У каждого своя жизнь, своя семья, свои заботы. Это не значит, что мы не любим друг друга — просто жизнь так устроена.
Мы стараемся делать видеозвонки, но они нерегулярные — скорее когда есть что рассказать, какая-то новость или повод. Не каждую неделю, не по расписанию. Иногда проходят недели без связи.
Это одна из вещей, о которой я думаю с грустью. Расстояние и время делают своё дело. Но я благодарен за то, что они дали мне — за воспитание, за возможности, за ту жизнь, которую я смог построить благодаря их поддержке в начале пути.
Прабабушка — Солошенко
(Зайченко) Наталья Васильевна
27 декабря 1927 — 19 августа 2025, г. Золотоноша
Наталья Васильевна — дочь Василия Яковлевича Солошенко и Марфы Андреевны
Бердник. Именно через неё ты связана с родом Солошенків, история которого описана выше.
О ней у меня остались самые тёплые воспоминания. Я любил её, уважал её мнение и прислушивался к
её советам до самого конца её жизни.
Жизнь у бабушки была долгой и непростой. Когда я был маленьким, я часто расспрашивал её о детстве
— и ей было что рассказать. Два года она провела в тюрьме в Сибири. Сбежала оттуда, когда
началась война. Пережила Вторую мировую, пережила голод в Украине.
Несгибаемость — способность оставаться собой под давлением, не ломаться
под весом обстоятельств.
У неё было двое детей: моя мама — Зайченко Валентина, и сын — Зайченко
Валера. Бабушка была замужем 2 раза и дети от разных мужей у нее. Мама прожила с
бабушкой всю жизнь, в одном доме, до самой её смерти. Дядя Валера ушёл из дома рано и начал жить
самостоятельно, строя свою жизнь в городе Золотоноша.
С дядей Валерой у нас не сложилось тёплых отношений — скорее нейтральные. Иногда по выходным он
приезжал к нам: попить чаю, поговорить с мамой, с моей бабушкой. А мы время от времени приходили
к ним в гости на его день рождения — просто поздравить, без особой близости.
Наверное, я особенно полюбил бабушку потому, что именно с ней проводил больше всего времени. Она
кормила меня до школы, провожала меня, а после школы снова встречала и кормила. В это время мама
и папа уже были на работе. Меня это никогда не тяготило — наоборот, так было правильно.
Всю свою жизнь бабушка проработала на «Золотоніському маслоробному комбінаті», на разных
должностях, в основном разнорабочей. На пенсию она ушла с заслуженным уважением.
Уважение к старшим — благодарность за путь, который они прошли до
нас.
Прадедушка — Кропачев Анатолий
03 марта 1931 - ???
Прадедушку я не застал в своей памяти. Как рассказывала бабушка, он умер ещё до моего рождения
из-за алкоголя.
К бабушке он относился плохо: часто выпивал и нередко поднимал на неё руку. Разводиться в те
времена было не принято, поэтому они так и жили вместе.
Из своего детства я помню лишь одно: каждый год после Пасхи мы ходили к его могиле, чтобы отдать
дань усопшему. Надгробный камень был установлен сразу на двух человек: с одной стороны —
фотография деда, с другой — пустое место под вторую фотографию. Тогда мне казалось, что это знак
того, что бабушка всё-таки любила его.
Однако, забегая вперёд, стоит сказать, что после смерти прабабушки твоя бабушка не дала
похоронить её рядом с прадедом, и в 2025 году прабабушку захоронили на другом кладбище. У мамы о
жизни с дедом тоже остались далеко не лучшие воспоминания. Я не стал с этим спорить: долгое
время я уже не жил рядом и не помню, чтобы бабушка когда-либо говорила о желании быть
похороненной вместе с ним. Скорее всего, место на двоих тогда выбрали из соображений
экономии.
Здоровье — главный приоритет. Без него все остальные достижения теряют
смысл. Береги своё тело и душу.